25/03/2026
В Ленинском районном суде Курска продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении директора ООО «Кремень» Игоря Ругаева, обвиняемого в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). По версии следствия, Ругаев включил в смету затраты на строительство объектов при возведении фортификационных сооружений в приграничных районах Курской области, включая страхование техники, жизни и здоровья рабочих, но не выполнил взятые на себя обязательства. В судебном заседании подсудимый вину не признал.
24 марта 2026 года в качестве свидетеля был допрошен бывший первый заместитель губернатора Курской области Алексей Дедов. Он дал развернутые показания о ходе строительства оборонительных сооружений, работе подрядных организаций и сложностях, с которыми они столкнулись.
Отвечая на вопросы суда, Дедов сообщил, что объекты возводились в Глушковском и Рыльском районах. «Я здесь хочу сказать, что все объекты были построены», – отметил свидетель, подчеркнув, что именно эта фирма стала примером для других.
Вся стройка была сопряжена с повышенной опасностью. «В связи с этим подрядные организации были вынуждены приобретать средства индивидуальной защиты, бронежилеты, каски. И строители непосредственно гражданские, мирные работали в средствах индивидуальной защиты. В противном случае, по информации от Министерства строительства, никакие выплаты в плане пострадавших, раненых, погибших не выплачивались бы, если подрядчик не применил бы средства индивидуальной защиты», – пояснил Дедов. Несмотря на меры, принимаемые Минобороны и пограничным управлением, обстрелы со стороны сопредельного государства фиксировались. «Были потери строительной техники. Насколько я знаю, организация «Кремень», работая на первой линии, потеряла порядка 15 единиц техники, которые были повреждены и не могли в дальнейшем участвовать в работе. Кроме этого, здесь я точно знаю, что были пострадавшие и раненые со стороны организации, которую представляет Игорь Петрович: порядка 14 человек раненые и погибшие», – сообщил свидетель.
Дедов особо отметил, что именно «Кремень» первой вышел на опасный участок: «Первая организация, которая вышла на работу и показала пример, как надо строить – это была организация «Кремень». Это скрывать не стоит».
Говоря о приёмке работ, Дедов указал на трудности, связанные с отсутствием утверждённых расценок на специфические объекты: «В данном случае в сметных расчётах Российской Федерации отсутствовали такие позиции, как одежда крутости, блиндаж, тот же ДОТ и т.д. Эти специфические позиции можно было пробовать подбирать путем частичного принятия работ, но в целом таких понятий не было».
По словам свидетеля, долгое время ждали разъяснений от Минстроя, как оплачивать работы. «При этом устно нам заявлялось, что можно оплачивать эти работы так же, как оплачивают их ДНР, Запорожье, Херсон, Луганск и иные. И мы относимся к тем же регионам, как иные». Разъяснение, по его словам, было получено только в октябре 2024 года.
Объёмы работ существенно отличались от первоначальных. «Объем работы в первоначальной смете предполагался, что траншеи будут порядка километра-полтора километра, но были объекты, которые траншея составила 2,7 км. Поэтому где-то превышение было в 2 раза, где-то на 20%. Везде по-разному. Это было связано с задачей, которую решали непосредственно Министерство обороны и пограничное управление, то есть зоны, где строились сооружения». Дедов добавил, что в технические задания неоднократно вносились изменения, что существенно удлинило сроки.
Отдельно свидетель остановился на проблеме страхования и компенсации затрат. «Мы неоднократно на штабах поднимали эти вопросы перед Хуснуллиным о том, что ни одна страховая компания не страхует ни жизни людей, производящих работы, ни строительную технику. У нас существует страховая компания, но при этом никто застраховать из подрядных организаций в Курской области ни одну единицу техники не смог. Было нам пояснено, что в сметный расчет вы потом включите все свои затраты по строительству».
Однако, по его данным, окончательных расчётов с подрядчиками не произведено. «Окончательных расчетов, насколько я знаю, с подрядной организацией произведено не было. Были выплачены только авансы». Касаясь оплаты средств индивидуальной защиты, Дедов пояснил: «Было сказано всем подрядным организациям иметь такие средства для защиты. Оплачиваться они должны были в сметных расчетах по итогам приемки работы… В том случае, если эта строчка (об оплате СИЗов) прошла бы государственную экспертизу, было бы внесено».
В процессе стройки появились и дополнительные объекты. «Появились и временное сооружение в виде столовых, туалетов, некоторые даже бани строились для солдат. Строились генераторные, строились дополнительные блиндажи, которые предназначались для складирования боеприпасов и так далее. Много было дополнительных изменений, которых не было в первоначальном техническом задании».
Система контроля за строительством, по словам Дедова, была многоступенчатой. «Со стороны администрации Курской области издали нормативный документ, которым закрепили за каждым районом ответственных работников. Со стороны администрации должность, как правило, была не ниже, чем замминистра. Эти закрепленные сотрудники, их было 6, они фактически были там, в районах. Ежедневно объезжали объекты, ежедневно докладывали свои отчеты о проделанной работе… Эта вся информация обобщалась и в ежедневном режиме направлялась в Минстрой Российской Федерации». По средам проводились штабы под руководством Хуснуллина, где информацию перепроверяли военные.
Отвечая на вопрос о причинах, по которым работы не были сданы, Дедов ответил: «Не готов сказать по чьей причине… по причине подрядчиков, что вовремя не предоставили, по причине принимающей стороны – поздно довели те нормативные документы, по которым можно было принимать. Я не знаю, что сейчас сдерживает приемку. Мне кажется, что по этим документам, которые есть, еще раз перепроверить и все».
Рассмотрение уголовного дела продолжается.
Курские новости