17/02/2026
15 февраля 1989 года Вооруженные силы СССР полностью покинули Афганистан. Так закончилась Афганская война, которая продлилась 10 лет и забрала около 15 тысяч жизней советских солдат. С тех пор в этот день в России отдают дань памяти воинам-интернационалистам, которые исполняли обязанности военной службы за пределами своей Родины.
В этот день нам удалось встретиться и пообщаться с жителем Владимирской области Сергеем Х., проходившим службу в армии во время военных действий в Афганистане. Он рассказал нам о том, как воспринимал войну, что делал, попав в зону военных действий, какие чувства испытывал от происходящего.
Что такое война, когда тебе 19?
Сергей Х. — из Коврова. В 1986 году ему было 19 лет, он только закончил учиться на радиомонтажника в ПТУ и осенью пошёл в армию. Он вспоминает, что на тот момент Афганская война шла уже 7 лет, приближалась к концу, но в городе разговоры про нее не прекращались.
«В сводках тогда была только официальная информация, что всё хорошо…Но военных привозили и хоронили», — признается мужчина.
Несмотря на происходящее, сам Сергей и его родители были уверены, что война далеко, и семью это никак не коснется. Тем более, от службы в армии никуда нельзя было деться. И бывший студент отправился отдавать долг Родине.
Из Коврова парня отправили во Владимир, в сборный пункт, а оттуда «перекинули» в Курскую область. Там его окончательно распределили в воинскую часть и провели финальный медосмотр. По распределению Сергей оказался в специальном учебном центре в городе Острогожске Воронежской области:
«С той «учебки» пацанов брали за границу — в Венгрию, Германию, Чехословакию. Меня туда отправили и ещё несколько человек. Это была общая «учебка», из неё можно было попасть куда угодно»
Мужчина поделился, что там солдат научили строевой подготовке, обращаться с оружием и стрелять. По его словам, «больше они особо ничего не узнали». В таких условиях прошло полгода, а дальше Сергею сказали, что он отправляется служить в Афганистан. Об этом парень узнал от взводного во время распределения по окончанию учебной подготовки:
«Объявили просто и все, позвали. Взводный тогда сказал. Мы с ним не очень хорошо ладили, поэтому я, наверное, и попал туда. Он сказал где-то видимо: «Отправьте этого туда» и меня отправили. Я мог попасть куда угодно, но попал в Афганистан»
Так Сергей понял, что просто по чьей-то прихоти и из-за глупой ссоры, ему предстоит служить в самом страшном на тот момент месте для советского человека.
Но Афганистан ковровчанину жутким не показался. Мужчина вспоминает, что представления о войне у него были очень поверхностные, так как никто ничего не рассказывал о происходящем. А в силу возраста, по его словам, еще не было страшно, было любопытно:
«Просто неизведанное всё было. Никакого страха не испытывал. Думал, поеду, посмотрю, постреляю немножко»
Вместе с ним из воинской части в Афганистан отправились еще 20-30 человек — таких же юных и неподготовленных. Объяснение отправке в горячую точку было одно: «Нужно исполнять интернациональный долг». И никто больше ничего не спрашивал. А почему? Сам Сергей отвечает так:
«Ты военнообязанный. Тебя никто не спрашивает. Надо — значит надо. Вот и поехал. Никто не спрашивал: «зачем?». Народ был какой-то другой, наверное»
Непокоренный Афганистан
Путь до Афганистана лежал через Москву. Сначала солдаты из Воронежа полетели в столицу на ИЛ-86. Вместе с собой у них было всё, что хранилось в «учебке» — несколько личных вещей, шинель и сумка. А с военного аэродрома из Москвы парней уже вез ИЛ-76. Сколько точно полет длился по времени, сейчас Сергей вспомнить не может. Но говорит, что быстро.
Их воздушное судно приземлилось на военный аэродром в Шинданде — городе, расположенном в западной части Афганистана в провинции Герат. Первые впечатления об увиденной новой стране были следующие:
«Мы вышли из аэродрома и увидели степь, пустую местность. Когда прилетели, было градусов 20-25. Но мы там не гуляли. Нас сразу забрали машины и увезли в воинскую часть»
По приезде всех солдат построили и распределили. Сергей попал в ремонтную роту — в подразделение, предназначенное для технического обслуживания, ремонта, эвакуации и восстановления боевой техники, вооружения и автомобилей. Сейчас мужчина вспоминает, что был рад попаданию во вспомогательную роту, но немного расстроился из-за того, что «не смог повоевать»:
«У нас был вспомогательный отряд. Мы склады охраняли, снаряды подвозили, следили за состоянием машин, чтобы они рабочие были постоянно»
Сергей рассказал, что из Коврова в роте не было никого, кроме него. Всего с ним было 120-150 человек, все примерно одного возраста — 19-ти лет. Старше их были только командиры, а также те, кто служил в Афганистане после военного училища.
В части все жили в казармах, спали на одноярусных кроватях. Также там была баня и столовая, в которой кормили тушенкой и кашей. По словам Сергея, столько тушенки даже во Владимирской области не было, сколько было в Шинданде.
Распорядок дня у военных был, как в армии на Родине. Все вставали в 7 утра, шли на зарядку, а потом на завтрак. После приема пищи отправлялись в автопарк «к своим автомобилям крутить гайки» или ходили на посты. Обычно заканчивали работать около 16 часов, возвращались в казарму и шли на построение. После этого у солдат было личное время, в которое можно было «подшиться, помыться, побриться». Сходить в баню можно было раз в неделю. В остальное время в распоряжении военнослужащих был умывальник с холодной водой.
Но не всегда дни срочников складывались таким образом. Изредка они выезжали за территорию воинской части, возили сослуживцам боеприпасы и объезжали «свои» точки, прикрывали их. Иногда военные на грузовике Урал таскали поломанные машины:
«У нас был специальный для этого тягач. Поднимал их и тащил за собой»
Тихое место
По словам Сергея, он далеко от части не уезжал и самих военных действий не застал. В Шинданде, говорит мужчина, «было более-менее нормально», «место было тихое». Воевали в горах, километрах 8-10 от части. Война ведь была партизанская. Более ожесточенные бои велись на востоке страны.
«Такого не было, чтобы мы ехали, и сзади меня кого-то убило. Я лишь слышал такие истории.
Мне рассказывали, что был парень, которому до дембеля оставался месяц. Он как-то сел за руль вместо офицера, они с ним поменялись. В этот же день его убили. Моджахеды хотели на самом деле убить офицера, а убили пацана», — рассказывает мужчина.
Не помнит Сергей, чтобы роту поднимали по тревоге или обстреливали. Усиленной военной подготовки в части также не было. Мужчина сообщил, что «его бы гоняли больше, если бы отправляли воевать в Джелалабад» (на восточное направление, где велись боевые действия). Но он там не был и оставался «в роте сопровождения», поэтому объяснял общую неподготовленность к внештатным ситуациям таким образом. На вопрос: «А если бы что-то случилось? Если бы на вас напали?», Сергей ответил так:
«Мы были молодые, нам было плевать. У нас были автоматы»
О военных действиях с сослуживцами, по словам Сергея, он особо не болтал, потому что не участвовал в них напрямую:
«Мы всегда говорили о жизни и о доме»
За что страна воюет и почему, солдаты тоже не задумывались. Ковровчанин пояснил, что «все исполняли свой интернациональный долг», служили, потому что от них это требовалось, и больше ни о чем не думали. Сергей считал обстановку в Афганистане сложной, несмотря на то, что практически ее не видел. Но для того, чтобы делать выводы, необязательно было быть далеко:
«Мы для афганцев были чужие. Они особо нас не любили. Так-то вроде смотрели спокойно на тебя, но кто знал, что у них на уме?
Они редко приезжали, чумазые такие. Со мной лично никто не взаимодействовал. Общались с ними другие люди. Я им был не интересен, им нужны были командиры и прапора. Афганцы просили чем-нибудь помочь, хотели продать вещи или наоборот купить что-то»
Так, из военной части никто не выходил и работал в привычном режиме вперемежку с редкими выездами. По словам Сергея, оттуда никого не выпускали, так как «можно было и не вернуться». На всякий случай, в руках у военных всегда были четыре магазина и автомат.
Служебные наблюдения
Шло время, служба длилась. Летом в казармах было жарко, до 50 градусов. Солдаты открывали себе окна и делали «кондиционер»:
«Мы вешали марлю, на неё прыскали воду. Она охлаждалось, и воздух дул холодный»
Мерзли военные только по ночам и зимой. Хотя зима там, по воспоминаниям Сергея, была, как наша осень. В это время года все окна и двери в казармах закрывали, молодые люди накрывались одеялами, а на улицу ходили только в бушлатах.
Всегда находилось время для писем: постоянно приходила почта. Семье в Ковров Сергей писал каждый день, также часто его родители писали ему. Но в своих письмах военнослужащий не всегда был честным. Оказалось, он врал родным о том, где находится, чтобы они не переживали:
«Я писал, что я нахожусь в Венгрии, и что у меня все хорошо, все прекрасно. В Коврове все-таки слухи ходили, что из Афгана одни трупы приходят»
Слухи не являлись беспочвенными, и жертвы были. Но молодому человеку удалось избежать прямого попадания на место боевых действий. При этом для его родителей и всех тех, кто оставался в СССР, весь Афганистан был одной большой линией фронта. И Сергей знал, что родным будет гораздо спокойнее, если сказать, что он служит в другой стране.
По словам мужчины, за два года службы родители правды так и не узнали. На письме нужно было прописывать номер части, а не ее фактический адрес. Чтобы передать корреспонденцию солдатам, сами военные искали часть через штабы, а позже передавали письмо в нужные руки.
Обо всем происходящем дома солдаты узнавали от приезжих или из советских газет. В праздники ходили в клуб, расположенный в части. Отмечали Новый год, 1 и 9 Мая. К памятным датам местные ансамбли, «такие же пацаны», готовили концерты. Один раз в части перед срочниками выступил певец Александр Розенбаум:
«Мы уже знали его и слушали. Но после того, как я там его послушал, мне его творчество понравилось…Тогда он и в другие части приезжал»
Но больше, чем слушать Розенбаума, Сергею, как и всем его сослуживцам, хотелось домой. Как оказалось, уехать оттуда сразу, по истечении полутора лет, не получилось. Молодому человеку пришлось задержаться там еще на месяц. Но это потому, что отправляют не всех бойцов сразу, а по алфавиту. По спискам его фамилия на букву «Х» была почти в самом конце. Поэтому он и остался подольше.
Домой
Но в начале 1988 года самолет все-таки увез Сергея вместе с другими срочниками в Узбекистан, а потом и в Москву. Перед тем, как покинуть Афганистан, молодой человек сообщил родным, чтобы не писали ему, и предупредил, что скоро будет дома. Все улетали из страны с выстрелами:
«Самолет пришел, мы сели, отстреляли ракетами и ушли. Стингеры сбивали нас… Я своими глазами не видел, но так было, где напряженка была посильнее, чем у нас. Мы отстреливались сами, чтобы в нас не стрельнули»
Оказавшись в Ташкенте, молодой человек взял билет до Москвы. А прилетев в столицу, приобрел билет до Коврова:
«В Москве и в Коврове никто не встречал. Сам доехал. У нас были предписания военные, я просто его показывал на кассе и билет давали бесплатно. Родным я не сказал, когда конкретно буду дома»
Когда мужчина приехал домой, его семья удивилась и обрадовалась. А когда через два дня Сергей рассказал, где он на самом деле служил, родные удивились еще больше:
«Конечно, ахнули. У них было удивленное вытянутое лицо и вопрос: «как же так?»
После службы ковровчанин отдыхал около месяца, а потом пошел работать на завод электриком. Так он и проработал всю жизнь.
На работе он, конечно, пересекался с теми, кто служил в Афганистане, но, зная о службе, никогда это с ними не обсуждал. По его словам, тогда это было не принято. Саму службу Сергей вспоминал нечасто и не переживал, что был там. Он не хотел связать свою жизнь с армией, и всегда получал удовольствие от стабильности, которую давал родной город, расположенное там своё жилье и привычная трудовая деятельность:
«Афганистан — не Голливуд, там нечего делать. А с армией я бы не хотел связать свою жизнь. Армия — это в принципе большая перемена, а мне нравится стабильность»
Сергей признавал, что за время службы каждый из тех, кто там был, изменился. Поменялся и он сам: повзрослел, стал ответственнее и в каком-то смысле изменил взгляды на жизнь. И, конечно, не хотел бы оказаться вновь в Афганистане.
Информационное агентство Владимирские новости
