18/02/2026
Адвокат Дмитрия Спиридонова (защитник Щербаков) подверг критике очередной блок обвинительного заключения, касающийся создания организованной группы и вовлечения в неё участников.
«Опять ничего. Доказательств нет никаких»
Защитник процитировал текст обвинения: «Реализуя преступный план, Лукин и неустановленные лица, находясь на территории города Курска и Курской области, не позднее 15 декабря 2022 года создали и возглавили организованную группу, в которую последовательно при реализации преступного плана как лично, так и через соучастников вовлекли: не позднее 15 декабря 2022 года — Васильева, не позднее 15 декабря 2022 года — Воловикова, не позднее 15 декабря 2022 года — Спиридонова, не позднее 15 декабря 2022 года — Синьговского. Далее: не позднее 15 декабря 2022 года — неустановленных следствием лиц, обладающих специальными познаниями, в том числе в области бухгалтерского учета, безоговорочно выполняющих указания руководителей, и не позднее 18.01.23 — Грабина».
«В правом столбце таблички опять ничего. Доказательств нет никаких», — констатировал адвокат.
По его словам, помимо полного отсутствия доказательственной базы, данная формулировка содержит ряд нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального права.
«Вовлечение соучастников относится к стадии приготовления к преступлению. И по времени не может совпадать с периодом возникновения умысла у организатора. То есть не может человек одновременно придумать и тут же кого-то привлечь», — пояснил защитник.
Он напомнил, что согласно статье 30 УК РФ, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления признаётся приготовлением к преступлению — отдельной, самостоятельной стадией, которую необходимо устанавливать и описывать подробно. Однако в обвинительном заключении это описание полностью отсутствует, что является прямым нарушением требований статьи 220 УПК РФ.
Признаки сговора не доказаны
Адвокат отметил, что Верховный Суд четко описал признаки сговора: договоренность на совершение преступления, распределение ролей, непосредственное участие исполнителя и содействие ему. «Описание признаков сговора в данном случае в обвинительном заключении полностью отсутствует», — заявил он.
Как уже было сказано неоднократно, сговор на растрату возможен только после поступления денежных средств на счет корпорации, однако «дата этого поступления следствием не была не установлена».
Обстоятельства вовлечения не указаны
«Примечательно, что в обвинительном заключении не указано, каким именно образом Лукин и неустановленные следствием лица вовлекли Спиридонова в организованную преступную группу. Не указано, было ли это запугивание, просьба, обещание каких-либо благ. Не указано и то, как это было сделано: в ходе личной беседы, устно, письменно, путём электронной переписки в мессенджерах. Не указано также, кто конкретно лично вовлекал Спиридонова в группу — Лукин, или неустановленные лица, или одновременно и Лукин, и неустановленные лица. Не указано и то, когда и где происходило это вовлечение», — перечислил защитник.
Таким образом, время, место и обстоятельства сговора, согласно тексту обвинения, не установлены, а доказательства отсутствуют.
«Набор общих фраз, ничем не подтверждённых»
Далее адвокат обратил внимание на характеристику организованной группы, данную в обвинительном заключении: устойчивость, сплочённость, единое руководство, стабильность состава, чёткая иерархическая структура, распределение ролей, наличие материальной, финансовой и технической базы, использование мер конспирации.
«По сути, уважаемый суд, это просто набор общих фраз, ничем не подтверждённых. Абсурдность данных формулировок очевидна даже без исследования доказательств», — заявил защитник.
Он отметил, что органы следствия не упоминают ни одного элемента технической базы, использованной для совершения преступления.
«Предположить, что это был телефон? Вероятно, на самом деле это просто смешно. Не упоминается далее и то, о какой именно материально-финансовой базе идёт речь. Не говорится, что именно из материально-финансовой базы члены организованной преступной группы использовали. Не упоминается в дальнейшем и какая-либо конспирация со стороны подсудимых. Мы читали их переписку, переговоры. Никто друг друга по кличке не называет — только по именам, фамилиям, отчествам. Если фигурирует денежная сумма, она не скрывается. То есть какая здесь конспирация?» — задался вопросом адвокат.
«Как документ может подтверждать то, в составлении чего они не участвовали?»
Для демонстрации того, как следователь доказывал существование организованной группы, защитник дословно процитировал обвинительное заключение: «Государственный контракт № 447 от 30 ноября 2022 года с приложением подтверждает причастность участников организованной группы, которые не намеревались осуществлять строительство взводного опорного пункта согласно техническому заданию».
«У любого здравомыслящего человека после прочтения данного утверждения возникает вопрос: как именно государственный контракт № 447 от 30 ноября 2022 года с приложениями может подтверждать причастность участников организованной группы, которые не намеревались осуществлять строительство согласно техническому заданию? Это просто разумный человек спросит: как документ может что-то подтверждать, в составлении которого они никакого участия не принимали?» — заявил адвокат.
Он также обратил внимание на профессиональные вопросы, возникающие у любого юриста, знакомого со статьёй 160 УК РФ.
«Если подсудимые имели умысел на растрату денежных средств, выделяемых УКСом Курской области, то этот умысел не мог возникнуть раньше перечисления на расчётный счёт корпорации денежных средств по этому контракту. Иначе это была бы не растрата, а мошенничество. Таким образом, данный контракт не может свидетельствовать о существовании организованной преступной группы, задумавшей растрату, и о причастности подсудимых к данной группе, так как на его дату ни у кого ещё умысла не было и быть не могло», — резюмировал защитник.
«То есть сначала контракт, деньги, потом умысел на растрату. Минимум два события отделяют этот контракт от возможности возникновения умысла. И лично у меня возникает только один вопрос: как человек с таким уровнем мышления допускается к составлению такого рода документов?» — задался риторическим вопросом адвокат.
Таким образом, защита настаивает на том, что ключевые элементы обвинения — наличие организованной группы, сговор и причастность конкретных лиц — не подкреплены доказательствами, а процессуальные нормы вновь нарушены.
Курские новости
